ГОДЪ 42-й.
Пятьдесятъ №№ въ годъ.
Подписка на годъ безъ доставки — 7 р., года—4 р., съ доставкой 8 р.
и 4 р. 50 к., съ перес. 9 р. и 5 р. За границу 12 р. Годовые подписчики, добавляющіе одинъ руб., получаютъ премію „ПѢСНИ БЕРАНЖЕ .
Перемѣна адреса—50 к.; городского на иногородній—до 1 іюля 1 р. 80 к., послѣ 1 іюля 80 к.
№№ у разносчиковъ—по 20 коп.
Объявленія—25 к. стр. петита. Болѣе 1 раза—уступка по соглашенію.
Телефонъ 46-62.
Адресъ редакціи жур. „Будильника“:
Москва, Тверская, домъ Спиридонова.
Пріемные дни редакціи: понедѣльникъ и четвергъ, отъ 8 до 5 часовъ. На статьяхъ требуются подпись, адресъ и условія автора. Статьи безъ обозначенія условій считаются безплатными. Возвращеніе рукописей не обязательно. Принятое для печати можетъ быть измѣняемо и сокращаемо, по усмотрѣнію редакціи.
БУДИЛЬНИКЪ
1906 г.—15 ОКТЯБРЯ, № 40.
17 ОКТЯБРЯ 1906 ГОДА.
Моленье русскаго народа,
Уставшаго отъ страшныхъ гекатомбъ: Приди-же, наконецъ, желанная свобода,
Но безъ насилія, безъ крови и безъ бомбъ! Наши каррикатуры.
Политическій кошмаръ.
Знаменитый европейскій „тройственный союзъ , служившій неистощимой пищей для юмористовъ, выдохся и пошелъ на смарку...
Это „пугало европейскаго политическаго огорода , съ бранденбургскимъ гренадеромъ на часахъ, не пугаетъ больше даже малыхъ ребятъ.
И поистинѣ не стоило изъ-за него „милитаристскій огородъ городить и фатерландъ отуманивать...
Но есть въ мірѣ тройственный союзъ человѣчества, съ которымъ политика не имѣетъ и шапочнаго знакомства.
Это—„союзъ мира, свободы и справедливости , о которомъ мечтаютъ народы, когда дипломаты ихъ не треплютъ и оставляютъ въ покоѣ...
Этотъ союзъ не требуетъ ни бронированнаго кулака, ни угрожающихъ нотъ, ни круповскихъ изобрѣтеній.
Его орудіемъ служитъ общее стремленіе облегчить тяготы народныя, разумно устроить собственную жизнь и давать жить другимъ.
Намъ особенно слѣдуетъ о немъ вспомнить въ годовщину 17-го октября.
Къ несчастію, народы такъ удручены политикой, что даже помечтать объ этомъ не могутъ, какъ слѣдуетъ.
Наши шаржи.
B. B. Розановъ.
„Колючій цвѣтокъ изъ разряда „религ.- философскихъ ...
Грубая дѣйствительность, „союзныя встрѣчи, военные визиты и пр. разгоняютъ всякія мечты...
И отъ жизненнаго „тройственнаго союза — мира, свободы и справедливости—остается одинъ тяжелый политическій кошмаръ...
Обо всемъ.
злободневные разговоры.
— Эти экспропріаторы, однако, не оставляютъ своей работы...
— Да, забираютъ все, что подъ руки попадетъ. Васъ они случайно не посѣтили?
— Представьте, нѣтъ... А я-бы охотно имъ отдалъ свои ревматизмы!
♦
Между подругами.
— Ну, что, милая, твой мужъ все противится твоимъ желаніямъ?
— Вообрази, шерочка, онъ выдумалъ теперь новое дѣло: „пассивное сопротивленіе : вѣдь, онъ къ кадетской партіи принадлежитъ.
— Ахъ, ужъ эта политика!
♦
Новые выборы.
— Теперь можно быть увѣреннымъ, что состоятся новые выборы въ Государственную думу.
— Почему?
— Потому что почти всѣ бывшіе депутаты попали подъ судъ, и дѣйствительно, придется выбирать новыхъ...
*
Тоже фабрикація.
— Русскія фабрики сильно пострадали
*
* *
Говорятъ, что нѣтъ свободы, И что къ ней закрыты ходы...
Полно врать!
Могутъ всѣ вполнѣ свободно, Гдѣ угодно, какъ угодно,
Помолчать!
Ее свободно-ль наши дѣтки Курятъ, бросивши конфетки,
Здѣсь и тамъ?
Не свободно-ль, какъ въ дни оны, Флиртомъ заняты всѣ жены
По угламъ?
Ну, а мы?.. Чего мы плачемъ? Не свободно-ли „коньячимъ,“
Пиво пьемъ?
Нѣтъ, свободъ у насъ не мало И вздыхать намъ не пристало
Ни о чемъ....
Чертенокъ.
Жезлъ.
— Ловкій маневръ былъ примѣненъ на
шими городскими спортсменами чужой собственности, или, какъ ихъ у насъ называютъ, „мазуриками , по отношенію достопочтеннѣйшаго отца протопопа, — началъ свой разсказъ Петръ Петровичъ.— Вы себѣ и представить не можете, какъ провели эти господа столь осторожнаго и зоркаго старца, похитивъ у него его драгоцѣнный пастырскій жезлъ.
— Это любопытно,—замѣтили мы, заинтересовавшись такимъ вступленіемъ.
— Отецъ протопопъ,—продолжалъ Петръ Петровичъ, — двадцать лѣтъ уже священствуетъ при нашемъ соборѣ. За это время, какъ говорятъ, скопилъ себѣ не малую деньгу, а можетъ быть, даже и весь кругленькій капиталецъ. Да и какъ было отцу протопопу не побогатѣть, когда онъ своею жизнью совсѣмъ не походилъ на прочихъ своихъ коллегъ. Во-первыхъ - былъ одинокъ. Изъ „трудовъ праведныхъ никакой лепты никому, даже роднымъ, никогда не удѣлялъ. Затѣмъ, что самое главное, былъ очень расчетливъ. Послѣ этого не будетъ удивительно, что всѣ, знавшіе отца протопопа и
привыкшіе встрѣчать его всегда скромно одѣтымъ, однажды очень изумились, увидя его шествующимъ съ такимъ жезломъ, что впору его имѣть, хотя бы и самому преосвященному. И дѣйствительно, посохъ былъ замѣчателенъ. Въ особенности же великолѣпна была ручка, сдѣланная изъ литого, толстаго серебра съ инкрустаціею чудной работы.
— Гдѣ это вы добыли, отецъ протоіерей?—спрашивали его.
— Взялъ да и заказалъ,—былъ отвѣтъ. — А много отвалили?
— Всѣ тутъ, — шутилъ протоіерей, и больше отъ него ничего добыть не удалось.
— Однако, любопытны еэтимъ не довольствовались, и скоро по городу уже знали, что отецъ протопопъ, ни съ того, ни съ сего, зашелъ какъ-то къ лучшему въ городѣ золотыхъ дѣлъ мастеру, поручилъ ему выписать пальмовую трость и придѣлать къ ней массивную ручку изъ чистаго серебра, разукрашенную такою отдѣлкою, выше которой искусство мастера не простиралось.
— Ну, и удружилъ же нашъ смиренный пастырь,—говорили прихожане.—Экую уйму денегъ сразу отвалилъ. Скупъ — скупъ, а вотъ на! Подъ старость-то и размякла эта самая его скупость. Знать, гордыня заговорила. Пофорсить захотѣлъ.
Пятьдесятъ №№ въ годъ.
Подписка на годъ безъ доставки — 7 р., года—4 р., съ доставкой 8 р.
и 4 р. 50 к., съ перес. 9 р. и 5 р. За границу 12 р. Годовые подписчики, добавляющіе одинъ руб., получаютъ премію „ПѢСНИ БЕРАНЖЕ .
Перемѣна адреса—50 к.; городского на иногородній—до 1 іюля 1 р. 80 к., послѣ 1 іюля 80 к.
№№ у разносчиковъ—по 20 коп.
Объявленія—25 к. стр. петита. Болѣе 1 раза—уступка по соглашенію.
Телефонъ 46-62.
Адресъ редакціи жур. „Будильника“:
Москва, Тверская, домъ Спиридонова.
Пріемные дни редакціи: понедѣльникъ и четвергъ, отъ 8 до 5 часовъ. На статьяхъ требуются подпись, адресъ и условія автора. Статьи безъ обозначенія условій считаются безплатными. Возвращеніе рукописей не обязательно. Принятое для печати можетъ быть измѣняемо и сокращаемо, по усмотрѣнію редакціи.
БУДИЛЬНИКЪ
1906 г.—15 ОКТЯБРЯ, № 40.
17 ОКТЯБРЯ 1906 ГОДА.
Моленье русскаго народа,
Уставшаго отъ страшныхъ гекатомбъ: Приди-же, наконецъ, желанная свобода,
Но безъ насилія, безъ крови и безъ бомбъ! Наши каррикатуры.
Политическій кошмаръ.
Знаменитый европейскій „тройственный союзъ , служившій неистощимой пищей для юмористовъ, выдохся и пошелъ на смарку...
Это „пугало европейскаго политическаго огорода , съ бранденбургскимъ гренадеромъ на часахъ, не пугаетъ больше даже малыхъ ребятъ.
И поистинѣ не стоило изъ-за него „милитаристскій огородъ городить и фатерландъ отуманивать...
Но есть въ мірѣ тройственный союзъ человѣчества, съ которымъ политика не имѣетъ и шапочнаго знакомства.
Это—„союзъ мира, свободы и справедливости , о которомъ мечтаютъ народы, когда дипломаты ихъ не треплютъ и оставляютъ въ покоѣ...
Этотъ союзъ не требуетъ ни бронированнаго кулака, ни угрожающихъ нотъ, ни круповскихъ изобрѣтеній.
Его орудіемъ служитъ общее стремленіе облегчить тяготы народныя, разумно устроить собственную жизнь и давать жить другимъ.
Намъ особенно слѣдуетъ о немъ вспомнить въ годовщину 17-го октября.
Къ несчастію, народы такъ удручены политикой, что даже помечтать объ этомъ не могутъ, какъ слѣдуетъ.
Наши шаржи.
B. B. Розановъ.
„Колючій цвѣтокъ изъ разряда „религ.- философскихъ ...
Грубая дѣйствительность, „союзныя встрѣчи, военные визиты и пр. разгоняютъ всякія мечты...
И отъ жизненнаго „тройственнаго союза — мира, свободы и справедливости—остается одинъ тяжелый политическій кошмаръ...
Обо всемъ.
злободневные разговоры.
— Эти экспропріаторы, однако, не оставляютъ своей работы...
— Да, забираютъ все, что подъ руки попадетъ. Васъ они случайно не посѣтили?
— Представьте, нѣтъ... А я-бы охотно имъ отдалъ свои ревматизмы!
♦
Между подругами.
— Ну, что, милая, твой мужъ все противится твоимъ желаніямъ?
— Вообрази, шерочка, онъ выдумалъ теперь новое дѣло: „пассивное сопротивленіе : вѣдь, онъ къ кадетской партіи принадлежитъ.
— Ахъ, ужъ эта политика!
♦
Новые выборы.
— Теперь можно быть увѣреннымъ, что состоятся новые выборы въ Государственную думу.
— Почему?
— Потому что почти всѣ бывшіе депутаты попали подъ судъ, и дѣйствительно, придется выбирать новыхъ...
*
Тоже фабрикація.
— Русскія фабрики сильно пострадали
*
* *
Говорятъ, что нѣтъ свободы, И что къ ней закрыты ходы...
Полно врать!
Могутъ всѣ вполнѣ свободно, Гдѣ угодно, какъ угодно,
Помолчать!
Ее свободно-ль наши дѣтки Курятъ, бросивши конфетки,
Здѣсь и тамъ?
Не свободно-ль, какъ въ дни оны, Флиртомъ заняты всѣ жены
По угламъ?
Ну, а мы?.. Чего мы плачемъ? Не свободно-ли „коньячимъ,“
Пиво пьемъ?
Нѣтъ, свободъ у насъ не мало И вздыхать намъ не пристало
Ни о чемъ....
Чертенокъ.
Жезлъ.
— Ловкій маневръ былъ примѣненъ на
шими городскими спортсменами чужой собственности, или, какъ ихъ у насъ называютъ, „мазуриками , по отношенію достопочтеннѣйшаго отца протопопа, — началъ свой разсказъ Петръ Петровичъ.— Вы себѣ и представить не можете, какъ провели эти господа столь осторожнаго и зоркаго старца, похитивъ у него его драгоцѣнный пастырскій жезлъ.
— Это любопытно,—замѣтили мы, заинтересовавшись такимъ вступленіемъ.
— Отецъ протопопъ,—продолжалъ Петръ Петровичъ, — двадцать лѣтъ уже священствуетъ при нашемъ соборѣ. За это время, какъ говорятъ, скопилъ себѣ не малую деньгу, а можетъ быть, даже и весь кругленькій капиталецъ. Да и какъ было отцу протопопу не побогатѣть, когда онъ своею жизнью совсѣмъ не походилъ на прочихъ своихъ коллегъ. Во-первыхъ - былъ одинокъ. Изъ „трудовъ праведныхъ никакой лепты никому, даже роднымъ, никогда не удѣлялъ. Затѣмъ, что самое главное, былъ очень расчетливъ. Послѣ этого не будетъ удивительно, что всѣ, знавшіе отца протопопа и
привыкшіе встрѣчать его всегда скромно одѣтымъ, однажды очень изумились, увидя его шествующимъ съ такимъ жезломъ, что впору его имѣть, хотя бы и самому преосвященному. И дѣйствительно, посохъ былъ замѣчателенъ. Въ особенности же великолѣпна была ручка, сдѣланная изъ литого, толстаго серебра съ инкрустаціею чудной работы.
— Гдѣ это вы добыли, отецъ протоіерей?—спрашивали его.
— Взялъ да и заказалъ,—былъ отвѣтъ. — А много отвалили?
— Всѣ тутъ, — шутилъ протоіерей, и больше отъ него ничего добыть не удалось.
— Однако, любопытны еэтимъ не довольствовались, и скоро по городу уже знали, что отецъ протопопъ, ни съ того, ни съ сего, зашелъ какъ-то къ лучшему въ городѣ золотыхъ дѣлъ мастеру, поручилъ ему выписать пальмовую трость и придѣлать къ ней массивную ручку изъ чистаго серебра, разукрашенную такою отдѣлкою, выше которой искусство мастера не простиралось.
— Ну, и удружилъ же нашъ смиренный пастырь,—говорили прихожане.—Экую уйму денегъ сразу отвалилъ. Скупъ — скупъ, а вотъ на! Подъ старость-то и размякла эта самая его скупость. Знать, гордыня заговорила. Пофорсить захотѣлъ.